В дни, когда в Британии обсуждают и осуждают попытки втянуть королеву в политику в связи с брекситом, бывший премьер-министр Дэвид Кэмерон признался, что хотел, чтобы королева как-то повлияла на результат референдума о независимости Шотландии пять лет назад. Букингемский дворец неофициально выразил "неудовольствие" экс-премьером.
Осенью 2014 года Елизавета Вторая в итоге всего лишь призвала шотландцев очень хорошо подумать прежде, чем голосовать.
В интервью Би-би-си по случаю выхода в свет его мемуаров Дэвид Кэмерон рассказал, что его привели в ужас результаты опроса, опубликованные за 11 дней до референдума, 7 сентября 2014 года, согласно которым сторонники независимости Шотландии побеждали. Тогда он, по его словам, в отчаянии обратился к окружению королевы.
"Я помню разговоры между мной и моим личным секретарем, между ним и личным секретарем королевы, между мной и личным секретарем королевы. Мы не просили о чем-то неподобающем или антиконституционном, просто ну хотя бы поднять бровь, не знаю, на четверть дюйма. Мы думали, что это может повлиять на результат", - сказал Кэмерон.
Елизавета II тогда все же не стала занимать ничью сторону, даже в форме этого фигурального приподнятия брови на шесть миллиметров, а только сказала, что шотландцам следует очень тщательно подумать о будущем.
Официально королевский двор не комментировал признания Кэмерона, но неофициально источник при дворе сообщил Би-би-си, что эти признания вызвали неудовольствие в Букингемском дворце.
"Как первое правило "Бойцовского клуба" - не говорить о "Бойцовском клубе", так и первое правило отношений премьера с королевой - не говорить об отношениях премьера с королевой, - комментирует корреспондент Би-би-си при дворе Джонни Даймонд. - Сложно представить, чтобы признания Дэвида Кэмерона вызвали во дворце что-либо, кроме ужаса".
Ситуация тем более щекотлива, что в последнее время в Британии громко обсуждаются новые, связанные с брекситом реальные или предполагаемые попытки втянуть королеву в политику.
На этой неделе Верховный суд Британии изучает другой политический конфликт, косвенно связанный с именем Елизаветы II: дело о пророгации парламента.
Истцы утверждают, что премьер-министр Борис Джонсон устроил перерыв в работе парламента, чтобы без помех вести дело к "жесткому брекситу", при этом дезинформировав о своих целях королеву, которая формально приняла решение об этом перерыве.
До того, летом, противники Джонсона и разрыва с ЕС среди разных возможных мер борьбы с премьером-брекситером почти всерьез обсуждали и вовсе неслыханное: чтобы Палата общин попросила королеву как главу государства поехать в Брюссель вместо премьера и просить ЕС об отсрочке.
